ДВА КАПИТАНА ПРОТИВ ЧУЖОГО


Автор: Павел Николаев

photo

Рассказ ветерана внутренних войск.

 

Имена, фамилии участников описываемых событий, а также названий политических партий и движений изменены.

 

Это произошло в середине двухтысячных годов, в один из Дней Победы. Тогда силы правопорядка только-только учились противостоять новоявленным уличным экстремистам, действующим по свежим методичкам, присланным с Запада…

 

ПО ПРОЗВИЩУ «ЧУЖОЙ»

 

− Итак, еще раз: три, четыре!..

− Россия – тюрьма народов! Долой империю!

 

 

 

На этот раз речевка прозвучала чуть громче, но все равно напоминала разноголосые крики только-только просыпающихся деревенских петухов. Вожак «партийцев» явно остался недоволен своей братией и, обернувшись к телевизионщикам, сделал знак пока не начинать съемку. В ответ старший среди папарацци – длинноволосый бородатый очкарик − понимающе кивнул.

Площадь перед Белорусским вокзалом утром 9 мая представляла собой разноцветную мозаику самых неожиданных оттенков. Впереди, в начале Тверской, уже полыхали красные знамена, под которыми выстраивались в колонны ветераны. Старики, сохранившие с далеких сороковых строевую выправку, сходились под стяги, звеня медалями, обнимались с однополчанами, занимали места в шеренгах.

Чуть поодаль также развевались на ветру алые полотнища. Здесь народ был помоложе, побойчей. Среди крепких еще пенсионеров и прочего пожилого люда попадались и совсем юные лица. Десяток парней и девушек топтались под знаменем с профилем Ленина, на котором золотились вышитые буквы: «Союз российского комсомола». Правда, от своих предшественников советского периода они разительно отличались: вместо строгих костюмов и белых рубашек на них были стильные куртки-«косухи», в которых выступают рок-певцы.

Следом за коммунистами и комсомольцами шумела еще одна колонна, состоявшая в основном из бойких бабулек. В центре толпы угнездился грузовичок с прикрученным на кабине мегафоном, из которого хрипло звучала «Варшавянка». Здесь собиралась на шествие «Трудовая Москва».

  • этими немногочисленными шеренгами выстроился мощный милицейский заслон, отсекая и загораживая от основной массы других участников праздничного шествия. Там позади, за серыми мундирами, собрался совсем иной народ. На лицах демонстрантов не было той величавой торжественности, как у фронтовиков или задорного веселья, как у бабушек из «Трудовой Москвы». Здесь сверкали налитые истеричной злобой глаза, кривились в усмешках и выкриках ощеренные рты, вздымались вверх, сомкнутые пятерни.

Первыми нетерпеливо топтались на месте «необольшевики». На их рукавах алели повязки с белым кругом посередине, в котором чернели уродливо перекрещенные серп и молот, издалека напоминавшие свастику. За ними кучковались анархисты, размахивая знаменами с непонятными каббалистическими знаками.

Замыкавшая шествие колонна была меньше двух первых, но зато сильнее притягивала к себе внимание. Над нею колыхалось зловеще-черное полотнище с черепом и костями. Рядом трепался на ветру еще один флаг − ядовито-зеленый, с изображением изготовившегося к прыжку волка.

Собравшиеся под ним юнцы называли себя членами РПС − «Революционная партия свободы». Однако на околополитических тусовках их звали коротко – «троцкисты». Они и сами считали себя последователями «демона революции» и даже изучали его труды.

Их акции носили весьма избирательную направленность. Так, к примеру, когда американцы начали бомбить Югославию, «троцкисты» безоговорочно поддержали Штаты и даже устроили несколько пикетов с призывом скорее стереть с лица земли Сербию. Точно так же они одобряли израильские бомбардировки сектора Газа и вторжение НАТО в Ирак… Зато конртеррористическую операцию на Северном Кавказе именовали «оккупацией» и всячески поддерживали лидеров боевиков, называя их «повстанцами» и «борцами с кремлевским режимом».

Кроме того, «Революционная партия свободы» усиленно пропагандировала непримиримый атеизм и даже выпускала мини-газету под названием «Безбожник». Правда, боролись с религией наследники Троцкого так же однобоко. Под их призывы «избавляться от поповского мракобесия любыми методами» почему-то подпадали только лишь те, кто исповедовал православие, а тех же ваххабитов или хасидов «революционеры», наоборот, объявляли «прогрессивно мыслящими».

  • больше всего эта организация прославилась благодаря своему лидеру по фамилии Гуревич. Этот долговязый брюнет с козлиной бородой «а-ля Троцкий», был известен как штатный обозреватель сайта «Кавказ-Центр». По сравнению с его публикациями, даже угрозы Доку Умарова и Шамиля Басаева, казались детским лепетом. Лидер РПС в открытую призывал «уничтожить ненавистную империю».

Самый большой резонанс вызвала его статья, опубликованная на сайте боевиков в Интернете, где он восхищался «блестящим рейдом повстанцев против предателей-осетин». Речь в материале шла о событиях в Беслане…

Впрочем, витийствовал он не только на «Кавказ-Центре». Широкой душе русофоба требовалось больше виртуального пространства, потому однажды он пробрался на Интернет-форум Троице-Сергиевой лавры, где стал поносить все и вся, а кроме того разместил свою старую статью под вполне пристойным названием «Беседы о Православии». Вот только содержание ее было далеко не безобидным…

«Православие – самое страшное из всех мракобесий на Земле. Православные – это опустившиеся свиньи, живущие в дерьме, глушащие водку и испражняющиеся там же, где и жрут…» − вот самое пристойное, что было в статье «главтроцкиста».

Местные форумчане − в основной своей массе слушатели местной духовной семинарии пытались увещевать богохульника, но тщетно. В ответ Гуревич выдавал еще большую гору грязной ругани: «Вы не люди, вы – быдло. Вас излечит только пуля. Мало вас, мракобесов, стрелял Троцкий, мало топил баржами в море! Ничего, мы довершим его дело!».

Для меня, читавшего все это в Интернете, стало ясно: взывать к совести этого оголтелого русофоба − дело бессмысленное. Его можно было только уничтожить или наглухо изолировать от нормальных людей. Как монстра из знаменитого американского блокбастера «Чужой».

С того дня я мысленно так и прозвал Гуревича.

 

ПОХОЖДЕНИЯ «ГЛАВТРОЦКИСТА»

 

…Движение справа заставило меня оторвать взгляд от молодчиков Гуревича. Вдоль тротуара выстраивалась еще одна цепочка стражей порядка, усиленная парой отделений омоновцев.

«Троцкисты», заметив, что к милиции подошло подкрепление, заметно сбавили пыл. Лозунги и речевки теперь не скандировались, а выкрикивались робко и разноголосо.

 

− Да, не бойцовский видок у этих «соратников»! − в унисон моим мыслям, усмехнулся напарник. − Без предводителя и пыл пропал, и задор не тот.

На этот раз «Партия революционной свободы» отправлялась на шествие без своего лидера. Недавно Гуревич, очевидно решив сорвать очередной грант от заграничных спонсоров, опубликовал на «Кавказ-Центре» статью под громким названием: «Смерть России!».

«О ненависти к России и русским говорить мало, − писал Чужой. − Ибо ненависть – слишком слабое, мелкое, мягкое чувство, не годящееся для того, чтобы выразить глубину той бездны, которая отделяет эту страну и эту нацию от других прогрессивных народов. С Русней нет и не может быть никаких переговоров. Ее надо уничтожить – это мера превентивной самообороны цивилизованного мира… Русских надо убивать, убивать и только убивать – среди них нет нормальных людей, с которыми можно было бы говорить. Каждый житель этой кровавой империи должен ответить за все деяния, которые она натворила!.. …Убивать, убивать, убивать! Залить кровью всю Россию, не давать малейшей пощады никому, постараться устроить хотя бы один ядерный взрыв на территории Русни – во какова должна быть программа радикального сопротивления, от национал-большевиков до славных воинов-ваххабитов непокоренного Кавказа!..»

Это стало последней каплей для нашей терпеливой Фемиды. На следующий же день против Гуревича возбудили уголовное дело. Правда, поступили с ним более чем гуманно: не стали сразу арестовывать, а ограничились обычной повесткой, с требованием явиться в прокуратуру. Однако поклонник Троцкого и Басаева мигом понял, что дело запахло судом и, проигнорировав приглашение следователя, ударился в бега.

Чужого, естественно, объявили в розыск, но пока что оперативникам так и не довелось нащупать его след.

 

КУДА НИ КИНЬ – ВЕЗДЕ КЛИН

 

Колонны наконец пришли в движение. С площади нам было видно, как медленно потекли вперед шеренги ветеранов, следом зашагали коммунисты и «Трудовая Москва». Выдержав интервал, чтобы оттеснить как можно дальше от основных участников шествия «нео-большевиков», анархистов и «троцкистов», милицейская цепочка тронулась с места. За ней, недовольно ропча, потянулись остальные демонстранты. Вслед за ними устремились и зеваки, глазевшие на братию под черными знаменами, как на участников какого-то экзотического шоу. Смешавшись с толпой, к шествию примкнули и мы.

 

 

Внешне нас, двоих капитанов из разведки внутренних войск, невозможно было отличить от общей массы. Вадим затянут в короткую кожаную куртешку с немыслимым количеством молний. На голове − небрежно повязана аляповатая бандана. Я же напялил на себя бесформенный джинсовый балахон и нацепил на затылок ярко-красную бейсболку. Словом, вряд ли кто бы заподозрил в нас офицеров, негласно дежуривших на массовом мероприятии.

Задача наша состояла в том, чтобы держать под наблюдением колонну «троцкистов». Маршрут движения пролегал по Тверской, в направлении Красной площади. По информации взаимодействующих с нами оперативников, нацболы и анархисты под предводительством «пээрэсовцев» должны были прорвать оцепление и устроить беспорядки на подступах к Александровскому саду.

Смысл акции был прост и циничен. Сегодня, девятого мая, близ Красной площади и Александровского сада соберется множество народа. Придут ветераны, чтобы обняться с немногочисленными дожившими до этого дня боевыми друзьями. Придут москвичи, чтобы возложить цветы к Вечному огню. А кроме того, там будет множество гостей, в том числе и заграничных туристов. И конечно же − репортеров, как наших, так и иностранных.

А теперь, представьте себе такую картину: неожиданно на Манежную площадь, врываются молодчики с повязками на рукавах похожие на гитлеровских штурмовиков, круша и сметая все вокруг, сея хаос и панику среди горожан и туристов, повергая в шок ветеранов. И над всем этим реют черные знамена с белым кругом посередине и зеленые с хищно оскалившим пасть волком…

Вожди доморощенных революционеров рассчитали все точно. Для того чтобы предотвратить это святотатство, властям потребуется перекрыть Манежную и подступы к Красной площади ОМОНом в бронежилетах и защитных шлемах, со щитами и резиновыми палками. Однако попробуй, выстави такие заслоны! Завтра же газеты запестрят заголовками, навроде: «Народный праздник под дубиной ОМОНа» или «Опричники режима к разгону ветеранов готовы!».

Но когда здесь начнет бесчинствовать ватага раздухарившихся юнцов, все это будет преподнесено как попустительство сил правопорядка, которые не смогли обеспечить элементарную безопасность москвичей и гостей столицы. А следовательно, вопрос, поднятый «либеральной» прессой, будет следующим: «Для чего нам такие правоохраниели?» И тут же сами и ответят на него: «Однозначно только для того, чтобы разгонять простой беззащитный народ!».

В общем, ситуация для тех, кто отвечал за безопасность в этот праздничный день на Манежной площади, складывалась, как в поговорке: «Куда ни кинь − всюду клин»…

И все же выход был найден.

 

ЛОЖНЫЙ МАНЕВР

 

Колонны медленно подходили к Трубной площади. По расчетам руководства именно в этом районе наши «подопечные» должны были попытаться первый раз «прощупать» боевые порядки милиции, а именно − сымитировать прорыв. Цель этого маневра была проста: во-первых, выявить наиболее слабые места в оцеплении, а во-вторых, парой-тройкой таких попыток усыпить бдительность стражей порядка. А на четвертый раз все три колонны неожиданно ринутся, орудуя, как штыками, древками флагов, пробьют себе дорогу, со свистом и улюканьем ворвутся на Манежную.

 

 

Автором этого замысла явно был Гуревич. Это его почерк, его стиль. С подобным мы уже сталкивались, когда пресекали массовые беспорядки на несанкционированных акциях подопечных Чужого.

Но не только «главтроцкист» умел предвидеть. В свою очередь мы тоже просчитали его тактику. Все исполнители провокации были разбиты на «пятерки». Во избежание утечки информации вожаки этих групп назначались непосредственно перед акцией. Только им было известно, где и когда проводить отвлекающие маневры, а где − устраивать настоящий прорыв.

Потому нам с Вадимом и была поставлена задача вычислить этих «командиров». Милицейским операм, непосредственно опекавшим последователей Троцкого, сделать подобное было проблематично: каждый из «партийцев» знал их как облупленных, ибо по долгу службы сотрудники милиции регулярно проводили с ними профилактические беседы. Потому негласное наблюдение за экстремистскими группировками было поручено нам, разведчикам внутренних войск, которых экстремисты не могли знать в лицо…

…Как и предполагалось, первый раз «троцкисты» подняли кипеш, не доходя метров двухсот до Трубной. За минуту до этого человек пять, шествующих в разных концах колонны, обернулись к идущим рядом и что-то коротко сказали им. Спустя секунд сорок толпа вдруг истошно завопила и бросилась к тротуару. Не добежав каких-то пару метров до оцепления, отпрянула назад, разразившись хохотом и свистом.

− Ну что? − тихо поинтересовался у меня Вадим.

− Блондин в «косухе» и черной кепке в первом ряду и долговязый волосатик в красной ветровке в предпоследнем… Вон тот, у него еще платок зеленый на шее, видишь?

− Угу. И я троих «срисовал». Значит, пятеро плюс усатый, который сейчас Гуревича замещает.

− Да, вроде все верно.

− Тогда прикрой, сейчас приметы передам на базу, − удовлетворенно кивнул сослуживец, доставая мобильник.

 

СТАРЫЙ ЗНАКОМЕЦ

 

Миновав Трубную, шествие текло вниз по Тверской, приближаясь к «Пушкинской». Вдоль тротуара выстроился народ. Одни недоуменно глазели на отвязанных парней, марширующих под черными и зелеными стягами. Другие, завидев «троцкистов», брезгливо отворачивались. И только в районе ТЮЗа, над головами стоящих на обочине людей вдруг приветственно взметнулась чья-то рука…

Я на миг замедлил шаг, всматриваясь в странно знакомого бородатого брюнета в темных очках, но в следующий миг шеренги «пээрэсовцев» вновь взорвались криками и ломанулись на оцепление.

На этот раз они подбежали почти вплотную к оцеплению, которое неожиданно расступилось. Толпа по инерции проскочила в образовавшийся прогал, наткнувшись на второй, омоновский, заслон. Тотчас же в ряды растерявшихся «троцкистов» ввинтились неприметные крепыши в штатском, выдернув из общей кучи усатого предводителя и старших пятерок. В следующие секунды стражи порядка, вновь выровняв цепь, оттеснили оставшихся обратно на проезжую часть.

Лишившиеся вожаков «революционеры» уже ничем не походили на прежнюю агрессивную ватагу. Теперь они не шагали, а понуро брели, подобно баранам, оставшимся без пастуха, и чем-то поразительно напоминали пленных фашистов, которых вели по Москве в далеком сорок четвертом. Такая же картина наблюдалась в рядах анархистов и «необольшевиков».

− Отлично сработали! − довольно кивнул Вадим.

− А то! − подмигнул я приятелю и тут же осекся: − Елки-палки! Это же был он, Чужой!

− Какой еще Чужой? − непонимающе уставился на меня капитан.

− Гуревич. Там, на тротуаре. В сером плаще, стоял под столбом с рекламой одеколона.

− Точно? Ты не обознался?

− Точно! Он еще своим придуркам рукой помахал! Обернись: вон он по тротуару вслед за нами идет, среди прохожих прячется!

− Вон тот? В темных очках? С бородой? Тьфу, и вправду Гуревич! Ну-ка прикрой, − Вадим вновь незаметно достал мобильник…

 

* * *

 

Находящийся в розыске Борис Гуревич был задержан оперативниками спустя пять минут после звонка Вадима. В тот же день командование лично поблагодарило нас и передало отдельное спасибо еще и от милицейского начальства.

Однако радость была преждевременной. Через три дня суд под давлением правозащитников отпустил «главтроцкиста» под подписку о невыезде, после чего тот вновь скрылся.

Задержать его удалось только через год. На сей раз правосудие наконец-то заключило Чужого под стражу, а вскоре вынесло приговор, и бессменный корреспондент «Кавказ-центра» отправился за решетку на пять лет.

После этого его партия надолго исчезла из виду. Лишь спустя которое время имена соратников Гуревича вновь замелькали в Интернете. Их фамилии значились в так называемом оргкомитете «Марша несогласных»…

 

 


Всего просмотров: 1091

Оставлено комментариев: 0

Комментарии:

Еще не оставлено ни одного комментария.

Заполните форму и нажмите кнопку "Оставить комментарий"
Комментарий будет размещен на сайте
после прохождения модерации.



Последнии публикации

Автор: Редакция
21 января 2020 г.

Пчела и мухи

Басня И.А. Крылова

 

Две Мухи собрались лететь в чужие краи,
И стали подзывать с собой туда Пчелу:
Им насказали Попугаи
О дальних сторонах большую похвалу.

Притом же им самим казал...

Автор: Александр Горбатов
19 января 2020 г.

Забытые слова

В конце новогодних и рождественских каникул пригласили нас с женой дети в кафе, что в торговом центре на «Багратионовской». Там представлены кухни Вьетнама, Центральной Азии, Кавказа. С...

Автор: Редакция
19 января 2020 г.

Крещение Господне. Стихи

Крещение Господне

 

Славьте Его, язы́цы,
Славьте, сыны Сиона,
Вкупе и те и си́цы,
С купола ли, с амвона –

 

Милостью бо не в меру –
Стóрицей одари́вый,
Ныне &...

Автор: Редакция
18 января 2020 г.

18 января – Крещенский сочельник, Навечерие (канун) Богоявления

     Сегодня, 5 / 18 января, Православной Церковью совершается предпразднование Крещения Господня, т.е. празднуется Навечерие Богоявления – одного из главных двунадесятых Госпо...

Автор: Сергий Карамышев
17 января 2020 г.

Кто о чём, Проханов же – о своей ереси

Реплика

 

Не будет преувеличением сказать, что патриотическую общественность России всколыхнуло «Послание 2020». Реформа основного закона и государственной системы на базе бе...

закрыть
закрыть